|
Категории материала |
Самозахваты по-монашески16.04.2007 12:59
in
На владения бахчисарайского историко-культурного заповедника посягнули православная церковь и сомнительные монахи Все объекты Бахчисарайского государственного историко-культурного заповедника (БГИКЗ) имеют госакты на землю еще 60-х годов. Работа по оформлению новых ведется, но еще не закончена ни по одной территории. Однако на сегодня это не самая большая проблема заповедника. УНИЧТОЖЕННЫЕ ФРЕСКИ Южный пещерный монастырь, что на горе Мангуп, был захвачен неизвестными монахами под руководством некоего отца Меркурия еще осенью 2003 года. Их совсем не смущал тот факт, что на это у них не было даже благословения митрополита Крымского и Симферопольского Лазаря, не говоря уж о каких-то документах или правовых основаниях. «Это самые настоящие самозахваты, потому что на момент 1917–1921 годов церковь не владела этими объектами (имеется в виду и монастырь Шулдан. — Ред.). То есть там с 15 века не было ни монастырей, ни церквей. Посему эти памятники должны оставаться собственностью государства как музейные объекты», — прокомментировал ситуацию «k:» заместитель директора по научной работе БГИКЗ Олекса Гайворонский. Сколько людей, оккупировавших монастырь и называющих себя монахами, сегодня находится на Мангупе, подсчитать просто невозможно. «Там текучий контингент, туда подъезжают люди из разных районов, паломники. Они работают там, послушание проходят», — говорит Гайворонский. И все эти годы ни милиция, ни власти не интересуются «текучим контингентом» и состоянием монастыря. Разумеется, говорить о какой-либо охране пещер и находящихся там фресок не приходится. «Как и на Шулдане, на Мангупе портятся и погибают фрески 14–15 веков. Это, конечно, нас весьма тревожит», — заявляет замдиректора заповедника. По его словам, например, на Шулдане его обитатели вообще додумались засыпать фрески грунтом и выложить сверху мозаику. То же, что осталось на Мангупе, проживет недолго, говорят ученые. Копоть, сырость и нарушенный температурный режим неумолимо уничтожают бесценные исторические памятники. ЗЕМЛЯ РАЗДОРА Слава богу, говорят археологи, что подобная участь миновала Свято-Успенский монастырь (возле Бахчисарая), возвращенный церкви на основании президентского указа о реституции 1992 года. По словам Олеся Гайворонского, монахи пришли практически на пустое место, где раритетов, подобных мангупским или шулданским фрескам, уже не было. Тем не менее и здесь новые хозяева поспешили, так сказать, навести благолепие. «То, что восстановлено в Успенском монастыре, нельзя назвать не только удачным примером реставрации, это вообще нельзя назвать реставрацией», — считает Гайворонский. Но сегодня даже не это беспокоит сотрудников заповедника. Как известно, Свято-Успенский монастырь давно считается проблемной точкой на карте Крыма как с точки зрения межнациональных, так и межконфессиональных отношений. Начало тому положило решение Совмина Крыма от 2001 года, которым обители были отданы около 48 га земли, которыми он владел в 1861 году. «Однако земельной реституции в Украине нет!» — подчеркивает замдиректора заповедника. В результате широкого жеста крымского правительства заповедник, по сути, лишился дороги и доступа к двум своим объектам — Чуфут-Кале и Зынджырлы-медресе. Оспорить решение Совмина в суде уже нельзя: истек срок исковой давности. Раньше же, как утверждают знающие люди, сделать это было просто невозможно — запрет в устной форме пришел из самой Генпрокуратуры. «Наш главный интерес — организация туристического потока. Ежегодно мы принимаем по 110 тыс. человек, теперь же организация этого турпотока, продажа билетов, забота об экскурсионном транспорте — это для нас смерти подобно», — говорит Гайворонский. Однако в ближайшее время затихший было конфликт вокруг Свято-Успенского монастыря может разгореться с новой силой. Причина — в инициативе монахов построить на самой спорной площадке и дороге к Чуфут-Кале и Зынджырлы-медресе ворота и обнести эту территорию забором. «Получится, что все наши экскурсионные потоки окажутся в руках монастыря. У них будут и ворота, и ключ, а это очень неудобно и неправильно», — подчеркнул замдиректора. И мало кого волнует, говорит он, что указанная дорога, по всем документам, должна использоваться в режиме сервитута, то есть совместного использоваться заповедником и монастырем. Разумеется, что категорически против такой идеи монастыря и местные мусульмане, и бахчисарайский меджлис крымскотатарского народа. И при этом все хорошо помнят, что Успенский монастырь уже не раз с 2001 года становился «горячей точкой» на карте полуострова. Сейчас и ученые, и общественники, и власти надеются на то, что церковникам хватит разума отказаться от своей провокационной затеи.
|
Новости партнеров
|
решение проблемы
Учитывая спекуляцию татар по ограде и Святым Вратам, 23 января 2007 года на совещании при главе Бахчисарайской райгосадминистрации в присутствии корреспондентов и общественности города я предложил своим оппонентам следующие решения вопросов.
«1. Как известно, существует мнение, что в случае установления Святых Ворот, мусульмане и верующие иных конфессий не смогут ходить к своим святыням: на кладбища, Чуфут-Кале и т.д.
Генеральный план монастыря, разработанный институтом «КрымНИИпроект», по решению градостроительного совета Министерства архитектуры и строительной политики ПРЕДУСМОТРЕЛ ДВА ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ ВЪЕЗДА НА ТЕРРИТОРИЮ ЗЫНДЖЫРЛЫ МЕДРЕСЕ - с ул. Басенко – ПЕРВЫЙ - это старый въезд, который был закрыт еще руководством диспансера, и ВТОРОЙ – через р. Чурук-Су. Эти проходы либо проезды отражены на генплане.Поскольку речь идет о возможности прохода на Чуфут-Кале и к кладбищам по единственной дороге, идущей через территорию монастыря, я предлагаю верующим, не желающим ходить под Православным Крестом, выходить на эту дорогу, минуя Святые Врата. То есть входить через ул. Басенко, а затем через площадку МИМО Святых Врат, выходить на подъем.
2. Также я предлагаю на месте ворот, отделяющих въезд на территорию заповедника (голубые ворота с проходной) ЗА СЧЕТ СРЕДСТВ МОНАСТЫРЯ И ЕГО СИЛАМИ установить Врата с мусульманской символикой – с минаретами и полумесяцами, и установить памятную табличку, на которой указать, что эти Врата – подарок Успенского монастыря, восстановлены по историческим данным. Все проезды и проходы – в общем пользовании.
3. Над Святыми Вратами монастыря НЕ УСТАНАВЛИВАТЬ СИМВОЛИКИ ПРАВОСЛАВНОЙ.
Это будут просто врата, отделяющие территорию монастыря от территории города. На Святых Вратах разместить сведения о том, что это воссозданные врата, взамен снесенных в период лихолетья.
4. На въезде в старый город установлен памятник писателю, поэту, общественному деятелю Исмаилу Гаспринскому. Памятник гипсовый и на нем облезает краска от непогоды. Я предлагаю сам лично дважды в год – весной и осенью - проводить его покраску пока буду жив. За других отвечать не берусь.
Также обустраивать территорию вокруг памятника – высаживать цветы и до поздней осени ухаживать за ними. Я хочу показать, что не отношусь презренно к татарам и их Вере – несть иудей, ни еллин: несть раб, ни свободен несть мужеский пол, ни женский: вси бо едино есте о Христе Иисусе (Гал. 3: 26-28)
Кстати, Исмаил Гаспринский написал замечательные слова об отношениях татар к России:
«Я не пожертвовал бы одной капли чернила для этих заметок, если бы одну минуту сомневался в блестящем будущем своего отечества и живущего в нем мусульманства. Я верю, что рано или поздно РУССКОЕ МУСУЛЬМАНСТВО, воспитанное Россией, станет во главе умственного развития и цивилизации остального мусульманства» (И.Гаспринкий, «Русское мусульманство» Симферополь, 1881 г.)
5. Кроме того, я предлагаю один раз в неделю вести службу в монастыре на крымско-татарском языке. Но этот вопрос возможно придется решить не здесь.
Считаю, что таким образом мы начнем восстановление того мира, спокойствия и лада, который существовал между монастырем, его наместниками и ханами до 1917 г., когда ни у кого из них не было друг к другу претензий ни по какому поводу, а были мир, совет да любовь».
Наместник монастыря архимандрит Силуан